На этой неделе, с 3 по 6 сентября, во Владивостоке пройдет юбилейный, десятый по счету Восточный экономический форум (ВЭФ). В некотором роде он похож на ШОС, которая изначально создавалась для урегулирования пограничных вопросов в постсоветский период и которую впоследствии сравнивали с известным «ружьем Чехова» — оно обязательно выстрелит в нужный момент согласно законам драматургии.
Так же и в политическом плане ВЭФ становится важным инструментом формирования альтернативной инфраструктуры в Азиатско-Тихоокеанском регионе, направленной на смещение центра глобального экономического роста с Запада на Восток. Проще говоря, это возвращение Восточной Азии статуса ведущего двигателя мировой экономики, утратившегося после Промышленной революции середины XIX века и последствий европейского колониализма.
Каков же геополитический фон, заряженный по-чеховски, который, как известно, формирует основу всего происходящего? Запад не мог оставить без внимания этот глубокий сдвиг, который ускорила глобализация — явление, признанное консервативными кругами США ошибочным ещё около десяти лет назад, с началом президентства Д.
Трампа в Белом доме. Тогда ему пришлось столкнуться с курсом на «поворот к Азии», который проводил Б.
Обама, означавший переориентацию внимания Вашингтона на Восточную Азии. В этот период США включились в восточноазиатские саммиты и выдвинули Транстихоокеанское партнерство, которое Трамп впоследствии отменил.
По сути, Обама настаивал на относительно мягком подходе к созданию региональной системы под американским руководством. При этом исходили из предположения, что Ближний Восток сможет самостоятельно, без значительного вмешательства, решить свои проблемы.