Прогресс постиндустриального общества неосуществим без новейших технологий. В свою очередь, внедрение техники влечет за собой вероятные ее сбои, просчеты в технологии ее производства и использования. ХХ век стал поворотным в истории населения земли, сила его разума перевоплотился, по словам академика Владимира Вернадского, в геологический фактор. В текущее время техногенные катастрофы занимают одно из ведущих мест посреди катастроф по количеству человечьих жертв. По количеству техногенные катастрофы уже превосходят природные катаклизмы. Озабоченность тем, что мы вступаем в период техногенных катастроф, наш нынешний создатель высказывал в прессе, в том числе и ведомственной, фактически сходу опосля трагедии на Саяно-Шушенской ГЭС. Еще тогда, проанализировав ситуацию в энергетике, он определил комплекс заморочек, обозначив их конкретно как системные. Но актуальность данная тема не растеряла.
Валерий Акимов, начальник ВНИИ ГОЧС МЧС
Рф, заместитель председателя Экспертного совета МЧС Рф
Начинаешь разбираться в причинах фактически хоть какой техногенной трагедии – раскрывается целый комплекс заморочек: не разработали стратегию предстоящего развития отрасли, предполагающую, к примеру, высвобождение и подмену устаревшего оборудования, не выделили средства, не приобрели оборудование, наняли для проведения работ непрофессионального подрядчика либо вообщем не произвели ремонт. Все это сделали либо не сделали люди, а виним мы, обычно, технику, даже трагедии называем техногенными. Феномен. Хотя, что удивляться, наименования всему тоже дают люди.
Проблема – выполнение обязательств
Ежели говорить о энергетике… Сходу опосля трагедии на Саяно-Шушенской ГЭС Ростехнадзор бросился инспектировать все гидроэлектростанции. Дескать, на данный момент найдем еще более нарушений и предотвращаем будущие трагедии. Хотя и так понятно: ситуация в электроэнергетике аховая – до 80% главных фондов станций изношены. Кстати, Ростехнадзор инспектировал Саяно-Шушенскую ГЭС в 2008 году, но функция надзора не сработала. Аудиторская проверка, проведенная Счетной палатой за год до Ростехнадзора, показала, что оборудование станции изношено на 85%.
К огорчению, износ оборудования – это общественная и, можно огласить, системная неувязка нашей экономики. Большая часть гидротехнических сооружений на Ангаре, к примеру, были возведены 30–50 годов назад, имеют высочайший уровень износа гидросилового оборудования и нуждаются в углубленном профилактическом осмотре и подмене. Один факт. По данным ФГУП «Центр Русского регистра гидротехнических сооружений и муниципального аква кадастра», гидроагрегаты Иркутской ГЭС находятся в эксплуатации 50 лет и выработали нормативный ресурс.
Иная системная неувязка – необходимость простого выполнения людьми собственных обязательств. В министерстве, на электростанции, на каждом рабочем месте. Обязательств по разработке системы обеспечения энергобезопасности всей страны и каждого региона, каждого населенного пт, обязательств по обеспечению правильной эксплуатации хоть какой генерации, сетей, обязательств по подмене оборудования, проведению плановых предупредительных ремонтов.
Какое, кстати, правильное выражение – предупредительный ремонт. Предупредить поломку, предупредить трагедию. Меж иным, тот злосчастный гидроагрегат № 2 на Саяно-Шушенской ГЭС вышел из строя аккурат в год собственного 30-летия. Это был предельный срок его эксплуатации. Традиционно срок этот без заморочек продлевали, и техника работала по полста лет. На нашем русском «авось». Но не в этот раз. «Авось», помните, не сработал и в Москве в мае 2005-го, когда отказало изношенное оборудование и практически во всей русской столице отключилось электричество.
Машинки тоже не вечны
Время не щадит никаких машин – их нужно или подменять, или останавливать, или готовиться к трагедии, которая с течением времени непременно произойдет, ежели не вкладывать средств. Наша родина заходит в период больших аварий и техногенных катастроф. Для сохранения инфраструктуры стране нужна особая муниципальная госпрограмма по противодействию данной тенденции. Саяно-Шушенская ГЭС, меж иным, занесена в Книжку рекордов Гиннесса как самое надежное сооружение. В СССР действовали твердые единые нормы проектирования. Оборудование, включая гидротурбины и генераторы, трансформаторы и т. д., изготавливалось на тех же заводах, которые обеспечивали и обеспечивают нужды внутреннего и наружного рынка – Ленинградский железный завод, «Электросила». Оборудование этих заводов по-прежнему удачно эксплуатируется на высоконапорных ГЭС в Рф и остальных государствах СНГ. Потому тут дело даже не в качестве оборудования, а конкретно в качестве эксплуатации, качестве обслуживания, качестве анализа отраслевых заморочек.
Самую большую опасность надежности энергетических объектов представляет понижение финансирования технического обслуживания оборудования, потому что это прямо влияет на аварийность. Сейчас ремонт устаревшего оборудования в электроэнергетике практически влачит жалкое существование, потому что численность ремонтного персонала с учетом подрядчиков свалилась наиболее чем вдвое.
По данным рейтингового агентства «Тейдер», 45% турбинного оборудования имеет остаток паркового ресурса наименее 10%. Вероятнее всего, общеотраслевая тенденция ликвидирования системы планово-предупредительных ремонтов коснулась также «РусГидро» и Саяно-Шушенской ГЭС.
Из-за понижения вкладывательной деятельности энерго компании меньше внимания стали уделять оборудованию. Сначала это относится к ГЭС, дающим сверхприбыль. И Саяно-Шушенская электростанция как раз была в их числе. Психология проста: если прибыль – единственная цель компании, а ответственность за надежность реально отсутствует, то менеджер воспримет решение исходя из интересов прибыли.
Нужна поддержка страны...
Возможность чертовских последствий аварий на энергообъектах просит принятия исчерпающих нормативных правовых мер, разработки специального регламента использования средств ремонтного фонда, также оценки свойства и полноты выполненных работ.
Поддерживать в обычном состоянии и часто обновлять инфраструктуру – одна из важных задач хоть какого страны. А половина русской инфраструктуры на физическом уровне и морально устарела. Очевидно, можно завлекать к данной работе личный бизнес, но все равно – на критериях, прописанных государством, и при муниципальном контроле.
Главные фонды, которые создавались в течение 3-х поколений, на самом деле – ничьи, хотя у их и возникли официальные «хозяева». Практически два крайних десятилетия фактически не велось обновление либо просто поддержание в применимом состоянии инфраструктуры бывшего народного хозяйства. И она, естественно, начала рушиться.
Председатель правительства РФ Владимир Путин востребовал провести обследование оборудования русских гидроэлектростанций и установить на их системы регистрации, подобные «черным ящикам» на самолетах, а Сергей Шойгу предложил расширить список критически принципиальных для государственной сохранности объектов (Саяно-Шушенская ГЭС, кстати, в этот список не заходила). Так как инфраструктурные катастрофы, в процессе которых из строя выходит системообразующее большое оборудование: трагедии на ТЭЦ, ГЭС, больших производствах, нефтегазопроводах, ЛЭП, транспортных магистралях, – грозят целым населенным пт и даже огромным городкам.
Непременно, федеральными органами исполнительной власти, органами исполнительной власти субъектов Федерации, органами местного самоуправления принимаются меры, направленные на прогнозирование и предупреждение чрезвычайных ситуаций. Но высококачественного улучшения положения дел пока не происходит. Характеристики аварийности в индустрии Рф приблизительно в 100 раз превосходят подобные характеристики европейских государств. И сейчас того, что было надо бы сделать еще 10–15 годов назад, уже недостаточно. Необходимы чрезвычайно суровые меры по ревизии, анализу состояния всей инфраструктуры экономики и государственный проект ее реконструкции.
...И местных властей
Каждый регион обязан иметь собственный реестр системообразующего оборудования, связанных с ним вероятных аварий и катастроф, програмку предотвращения этих техногенных катастроф. К примеру, износ главных фондов электросетевого хозяйства Рф превосходит 40,5%, в том числе оборудования подстанций – 63,4%. Техническое состояние половины сельских сетей квалифицируется как неудовлетворительное. В Нечерноземье 59% сетей имеют износ около 100%. Надежность обеспечения сельскохоз. потребителей сейчас на порядок отстает от этого показателя в продвинутых странах.
Неэлектрифицированность глубинки делает ее территорией без грядущего, означает, без людей. А без глубинки нет грядущего и у всей Рф. Две трети местности страны – зона децентрализованного энергоснабжения, половина местности находится в зоне затрудненного топливообеспечения, и энергетическая сохранность там очень мала. К данной зоне относятся районы Последнего Севера и приравненные к ним, т. е. удаленные, труднодоступные и с жестокими природно-климатическими критериями.
Сейчас издержки на транспортировку тепла в растянутых сетях превосходят 40% его себестоимости, для 80% трубопроводов тепловых сетей превышен срок безаварийной службы, наиболее 30% тепловых сетей находятся в ветхом состоянии и требуют ремонта. Суммарные утраты в тепловых сетях добиваются 30% произведенной тепловой энергии, что эквивалентно 65–80 млн тонн условного горючего в год.
За год в системах теплоснабжения происходит около 90 тыщ аварийных ситуаций, включая отказы и нарушения в работе. Издержки на аварийно-восстановительные работы в 2,5–3 раза выше, чем издержки на плановый ремонт коммунальных энергетических объектов.
Анализируя техногенные трагедии, мы постоянно определяем свою позицию: по предаварийным симптомам, по способности локализации и предотвращения, по оценке последствий для аварийного объекта и отрасли в целом. Важнейший результат работы по расследованию хоть какой катастрофы – разработка и оперативное воплощение мер, способных предотвратить подобные катастрофы. По другому безизбежно появление долголетнего синдрома Саяно-Шушенской трагедии, который будет очень плохо влиять на психологию не только лишь тех, кто эксплуатирует и чинит оборудование, да и тех, кто проживает в поселках энергетиков и зонах возможного затопления.
А это так серьезно, что требуется принципиальный разговор о том, куда идет русская энергетика, ежели в ней возможны катастрофы даже на самых, казалось бы, надежных элементах. Напомню, синдром Чернобыля был во многом снят за счет перевода русских АЭС в базисный режим работы и оперативного выполнения комплекса мер по надежности на всех реакторах РБМК. Но то, что было реализовано по нескольким энергоблокам АЭС, нереально выполнить на 10-ках маневренных гидроагрегатах ГЭС, участвующих в регулировании частоты электрического тока.
Заавтоматизировать контроль
В текущее время в нашей стране и за рубежом развивается новое направление работ по комплексной автоматизации функций контроля и управления технологическими действиями, системами сохранности и жизнеобеспечения критически принципиальных, потенциально небезопасных, неповторимых и технически сложных объектов. Но эти работы не систематизированы и полностью не решают вопросцев предупреждения и ликвидации чрезвычайной ситуации. Наиболее того, в случае неверного проектирования этих систем они могут содействовать смерти людей, находящихся на объекте и за его пределами.
Сейчас совершенствуется уникальная разработка автоматизированных взаимосвязанных систем контроля и управления технологическими действиями, сохранностью и жизнеобеспечением объектов. Разработка базирована на структурированных системах мониторинга и управления инженерными системами спостроек и сооружений (СМИС). Объектами контроля СМИС, а в ряде всевозможных случаев и управления, являются технологические процессы, подсистемы жизнеобеспечения и сохранности. Как раз то, о чем мы говорим: электроснабжение, теплоснабжение, газоснабжение и даже водоснабжение и канализация. По подготовительным расчетам, в итоге сотворения СМИС количество возникающих ЧС, материальные утраты и людские жертвы могут быть снижены наиболее чем на 50%.